ЛЕКЦИЯ №16

Философские головоломки

В рамках цикла лекций «Открывая Йель», подробная информация и оригиналы текста доступны по ссылке.
В предыдущей лекции рассматривались два возможных решения «проблемы вагонетки», предложенные Дж. Томсон и Дж. Грином, а в этой лекции разберем третий случай, который предлагает К. Санстейн. По мнению исследователя все варианты исхода проблемы вагонетки одинаковы, поскольку при решении мыслительных задач человек зачастую делает выбор, полагаясь на интуицию.
В одном из своих исследований он предположил, что эвристика, метод проб и ошибок, применяется человеком повсеместно, включая вопросы касающиеся морали. Для того, чтобы продемонстрировать принцип работы нашего мышления, следует вспомнить случай со смертоносным вирусом. Город охвачен эпидемией, в результате которой заразилось 600 человек. Вакцин от этой болезни недостаточно, следовательно, часть зараженных умрет.

Представим, что вам, как мэру города, предстоит сделать выбор: спасти 200 людей, оставив остальных 400 человек умирать, или позволить 400 больным умереть, но при этом 200 человек выживут. Результаты опроса показали, что 66% опрошенных выберут первый вариант, а 34% — второй, даже несмотря на то, что по своей сути они не отличаются.

Схожим образом работает и решение «проблемы вагонетки». Допустим, вагонетка несется по рельсам на огромной скорости в сторону шестерых прохожих, один из которых находится на другой колее. Представьте, что вы - водитель, который может позволить пятерым умереть ради жизни одного, или же можем перенаправить вагонетку в сторону одного, тем самым спасти пятерых. Большинство, вероятно, выберет второй вариант, ведь в таком случае выживет больше людей. Таким образом, наше решение зависит от того, на ком мы акцентируем внимание в подобных этических дилеммах.

К. Санстейн утверждает, что многим из нас свойственно полагаться на поверхностные знания в той или иной области, что часто не совпадает с реальностью. И как только это происходит, начинаются проблемы. Например, когда дело касается рисков. Теоретически, любое наше движение может нам навредить, но тем не менее никто не оборачивает себя в защитную пленку прежде, чем выйти на улицу. Это плавно подводит нас к вопросу о том, что такое риск-ориентированное мышление.

К. Санстейн отмечает, что человек с большей вероятностью предпочтет компанию A, которая предупреждает о возможных рисках, чем компанию Б, которая напрямую влечет за собой ущерб или даже жертвы. Например, компания А производит продукт, которым пользуется 10 миллионов человек, из которых 10 умрут в связи с осложнениями или индивидуальной непереносимостью. Стоимость устранения этого риска составит порядка 100 миллионов долларов. Многие посчитают, что компания должна инвестировать эти средства, чтобы сохранить свою репутацию, ведь производство продукта, от которого умирает 10 человек, безнравственно. Однако если компания предупредит о минимальном риске возможной смерти после употребления своего продукта, то ни у кого не останется вопросов и компании не придется тратить 100 миллионов долларов. На бумаге оба варианта идентичны, но реакции различны. Почему это так? Все просто — в первом случае компания предоставляет точные данные, тогда как во втором случае компания предупреждает о риске смертельного исхода.

Согласно К. Санстейну, такая схема часто применяется на рынке торговли выбросами, загрязняющими окружающую среду. В рамках этого рынка каждый регулируемый загрязнитель имеет возможность гибко использовать наиболее экономически выгодную комбинацию покупки или продажи разрешений на выбросы, что, в теории, должно привести к снижению выбросов углерода и затрат на них.

Один человек скажет, что деньги идут на благое дело, а другой — «опять платить налог». Это называется фреймингом и это способ манипуляции общественным мнением. Например, у человека правых взглядов реакция на какое-либо событие будет противоположно реакции человека левых взглядов. Грубо говоря, один будет пытаться доказать другому, что он думает неправильно, приводя в пример «сокрушительные доказательства», навязанные той или иной идеологией.

К. Санстейн предполагает, что человеку становится вдвойне больнее, когда он платит за то, чего не получает. Представим ситуацию: мы присматриваем автомобиль к покупке, и прежде всего нас интересует безопасность. На выбор у нас два авто. У первого в случае ДТП шанс погибнуть 2% из-за устройства руля. У второго автомобиля другое устройство руля, что снижает шанс гибели при ДТП до 1%, но при активации подушки безопасности есть 10% шанс несчастного случая. Опрос показал, что 15% выберут первый автомобиль, и 85% — второй. Хоть большинство и выбрало второй автомобиль, есть те, кто пойдет на дополнительный риск, но не будет платить за функцию, которая может в итоге оказаться смертельной. Таким образом, мы приходим к выводу: согласно К. Санстейну, многим людям свойственно опираться на поверхностные знания при решении мыслительных задач, что, в свою очередь, является ошибкой.

Теперь следует перейти к следующей этической дилемме авторства Роя Соренсена и Кристофера Бурса — конфликту «черепахи и акулы». Прежде чем углубиться в детали, рассмотрим случай: представьте, что вы последний человек в очереди за билетом в зоопарк, и вдруг до нас доносится рев зверя. Вы оборачиваетесь и видите, как медведь бежит на вас. Вы не собираетесь жертвовать собой, поэтому есть несколько вариантов действий: А — отпрыгнуть в сторону, и медведь растерзает стоящего перед нами человека, или Б — спрятаться за спину стоящего перед нами человека, воспользовавшись им как живым щитом. Вариант А подразумевает уклонение от надвигающиеся угрозы, то есть кто-то пострадает, но нас это не касается. Вариант Б подразумевает хладнокровность в принятии решений, то есть мы осознанно идем на жертву ради своего спасения.

Многие из нас выберут вариант А, поскольку уклоняться нам кажется нормальным, а вот конкурировать — нет. Простыми словами, если мы уклоняемся от удара, изначально нам адресованного, и достается он другому — это морально приемлемо. Но если осознанно прячемся за спину другого человека, заставляя его принять удар вместо нас, то это безнравственно. В этом и заключается основная проблема этого конфликта по мнению Р. Соренсена и К. Бурса: мы часто полагаемся на интуитивное представление о морали при оценке поступков.

Рассмотрим еще одну интересную ситуацию — «четыре водителя».

Первый, Удачливый Альберт, приличный водитель, который следит за своим автомобилем. За рулем он предельно осторожен и обращает внимание на каждый дорожный знак.

Вопрос: Возвращаясь домой с работы, У. Альберт мог прихватить любовницу или, не дай Бог, купить вторую машину на дизельном топливе вместо электромобиля. Можно ли осудить У. Альберта, который в теории мог заниматься грязными делишками, хотя он приехал домой на машине, не причинив никому вреда? Опрос показал, что большинство людей не находят поступок У. Альберта безнравственным, и что лишь 5% считают иначе.

Теперь появляется брат-близнец Удачливого Альберта, Неудачливый Альберт. Он, как и его брат, довольно прилежный водитель, ухаживает за своим автомобилем и соблюдает все правила дорожного движения. Но в один ненастный вечер, на дорогу выбегает мальчик и попадает под колеса Неуд. Альберта — теперь ему грозит тюрьма. Заслуживает ли Неудачливый Альберт морального осуждения за неудачное стечение обстоятельств, повлекшее за собой ДТП со смертельным исходом? Большинство думает, что нет, однако процент несогласных вырос с 5% до 19%.

Перейдем к случаю господина Телефончикова. После утомительного рабочего дня он садится в свой автомобиль и едет к себе домой. Но не успел г-н Телефончиков выйти из офиса, как его начинают докучать телефонными звонками. Будучи за рулем, он отвечает на каждый звонок и разговаривает по телефону на протяжении всей поездки. К удаче г-на Телефончикова он завершает свой маршрут без дорожных происшествий. Заслуживает ли г-н Телефончиков осуждения за использование телефона во время вождения? 78% опрошенных считают, что да.

Четвертый случай: господин Телефончикофф, брат-близнец г-на Телефончикова, возвращается домой на своей машине, попутно обсуждая по телефону последние новости. И тут под колеса ему попадает ребенок. Заслуживает ли г-н Телефончикофф морального порицания за использование телефона во время вождения? Абсолютное большинство опрошенных (92%) считает, что да.

Каждый из этих примеров наглядно показывает, что такое «моральная удача», проблема действия и случая. Моральная удача представляет собой оценку нравственности поступков в той мере, в какой наши поступки от нас зависят.

Вспомним случай с Неудачливым Альбертом, который сбил мальчика по причине «непредвиденного стечения обстоятельств». Большинство опрошенных посчитало, что он не сделал ничего аморального. Скорее всего такой вывод был сделан из-за использования моральной интуиции. Т. Нагель называет это условием контроля. Согласно этому принципу, нам трудно дать моральную оценку поступкам, результат которых зависел не от действий человека, а от стечения обстоятельств. Тем не менее, результат поступка влияет на моральную оценку, даже если он был достигнут ненамеренно.

Т. Нагель считает, что по мере анализа ситуации, область истинного действия сужается до одной точки. Он также рассуждает о моральной удаче не иначе, как о парадоксе, поскольку невозможно определить точную границу между подконтрольным и неподконтрольными условиями. Таким образом, он приходит к выводу, что всё происходящее в мире предопределено.
Перевод подготовлен в рамках совместного проекта с Университетом науки и технологий МИСИС.

Переводчик: Павел Власенко
Редактор: Иракли Ментешашвили
Руководитель проекта: Евгения Горн

Другие лекции цикла
    Made on
    Tilda